Существует распространённый стереотип, что многие аутисты лучше понимают животных, чем людей. Это — миф. Многим аутистам действительно проще понимать животных. Некоторым сложно понимать и людей, и животных. Некоторым сложно понимать нейротипичных людей, но просто понимать животных и аутичных людей. Некоторые понимают только похожих на себя аутистов. Все индивидуально. Все зависит от личности человека. Аутичные люди отличаются друг от друга не меньше, чем нейротипики.
«Родители! Это не так уж и сложно. Не выкладывайте в публичном доступе видео с мелтдаунами ваших аутичных детей. У вас есть выбор, и вы можете отказаться унижать детей. Вы можете отказаться от психологического насилия по отношению к детям»
По материалу Autistic Hoya Facebook.
Автор: Лидия X.Z. Браун.
Когда мне говорят, что я «человек с аутизмом», я почему-то сразу представляю себе, что я тащу аутизм в мешке, в таком же, в каком в детских книжках за плечом носят картошку.
Конечно же, это не так. Я не «человек с аутизмом».
Аутизм — часть меня, он не болтается где-то у меня за плечом, как мешок с картошкой или рюкзак. Его нельзя сдать в камеру хранения, выбросить, забыть или оставить дома. Точно так же, как я не могу оставить дома еврейство или небинарный гендер. При этом аутизм влияет на меня гораздо больше, чем гендер и больше, чем еврейство.
Более того, я не хочу переставать быть аутистом, потому что аутизм очень сильно влияет на мою личность.
Я не хочу стать другим человеком. Я не хочу «исцеления» — не хочу умирать, медленно наблюдая за тем, как мое место занимает другой человек с моим лицом, но не с моим нейротипом.
По материалу: We are like your child
Мы заметили, что одна из самых распространенных и сложных проблем родителей — это агрессивное поведение ребёнка или подростка. Заботливые родители часто приходят в отчаяние от того, что они не могут понять причину стресса ребёнка и хотя им просто физически удержать проявляющего агрессию маленького ребёнка, они очень волнуются, потому не знают, что делать, когда ребёнок станет старше и, следовательно, больше.
Некоторые авторы проекта «Мы как ваш ребёнок» (We Are Like Your Child) знают о том, что такое злость и агрессия по личному опыту, или знают детей, у которых были подобные проблемы.
Ниже приведён контрольный список причин, которые следует учитывать при попытках определить причину агрессии у аутичного ребёнка или взрослого (или смягчить проявление этой агрессии). В нем не рассматриваются все возможные варианты, но как показывает наш опыт, это неплохой предварительный контрольный список, учитывающий наиболее распространённые причины поведения, которое воспринимается как агрессивное (зачастую многие из этих вещей могут оказаться и причиной самоагрессии).
Нумерация пунктов и их порядок являются случайными и никак не связаны с их важностью и распространенностью — все перечисленные вещи являются важными факторами, которые необходимо учитывать и на которые следует обращать внимание. Кроме того, они могут пересекаться между собой и по-разному влиять на разных людей.
1.УБЕДИТЕСЬ, ЧТО АУТИЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК НЕ СТАЛ ЖЕРТВОЙ НЕКОРРЕКТНОГО ПОВЕДЕНИЯ И НЕ ПОДВЕРГАЕТСЯ КАКОМУ-ЛИБО ВИДУ НАСИЛИЯ — в школе, дома, во время терапии или других занятий и мероприятий… со стороны родителей, терапистов, специалистов, одноклассников, братьев и сестёр (в том числе под «насилием» и «некорректным поведением» подразумевается и то, что принято воспринимать как «обычное подтрунивание»).Помните, что речь идёт о всех формах насилия и давления — то есть, это может быть физическое, психологическое, сексуальное и эмоциональное давление и/или насилие.
1а.Если человека заставляют посещать «терапию», которая направлена на то, чтобы сделать его поведение, внешний вид и привычки соответствующими доминирующим представлениям о «нормальности», если например, одной из целей терапии является искоренение стимминга и «неотличимость от сверстников», или если терапия направлена на то, чтобы сломить волю человека и сделать его «послушным», то подобная «терапия» является насилием.
1б. Учителя в школе случайно не используют групповые наказания, наказывая весь класс за поведение одного учащегося? Если используют, то ребёнок может решить, что нет никакого смысла хорошо себя вести и сдерживать агрессию, ведь что бы он ни сделал, его все равно накажут. Кроме того, ощущение, что ты даже не можешь знать, что можно делать, а что нельзя, потому что наказания кажутся спонтанными, может стать причиной повышенной тревожности.
Продолжить чтение «Проверочный список для определения причин агрессивного поведения»
В разговорах о том, как взаимодействовать с аутичными детьми, люди часто забывают простую истину.
Речь идёт не только о «ребёнке», и не только об «аутисте».
Речь идёт, прежде всего, о человеке.
О личности.
Люди часто дегуманизируют детей, забывая, что они — личности.
Люди часто дегуманизируют инвалидов (в частности, аутистов), забывая, что они — личности.
И это — большая ошибка.
Разумеется, аутизм является значительной частью личности человека, которую не стоит игнорировать.
И, конечно же, возраст может влиять на опыт человеке, и, если речь идёт о ребенке, он безусловно влияет на его положение в обществе.
Но не стоит сводить всего человека к его нейротипу и возрасту.
Помните, что говоря об аутичном ребёнке, вы, прежде всего, говорите о ЧЕЛОВЕКЕ.
О человеке, у которого есть собственная воля, собственные желания, собственные потребности и собственные границы.
О человеке, который не обязан быть «удобным», и может не соответствовать вашим ожиданиям.
О человеке, с которым надо находить общий язык, опираясь на его особенности и желания, как и в общении с любым другим человеком.
Помните, что ваш аутичный ребёнок — это нечто большее чем просто его возраст, диагноз, нейротип, цвет кожи, национальность или религия!
Что прежде всего он — многогранная и полноценная личность.
Если вы будете об этом помнить, то сможете избежать множества ошибок.
Один из самых популярных вопросов, который часто задают аутичным активистам – это: «А ты собираешься заводить детей?»
Я понимаю причину этого вопроса. На постсоветском пространстве очень мало говорят об аутичном родительстве – насколько я знаю, на моем сайте собрана самая большая коллекция статей на эту тему, и почти все они были переведены мною и моими волонтерами с английского языка.
Так что многие люди – включая родителей аутичных детей – таким «непрямым» путём пытаются выяснить, могут ли их аутичные близкие когда-нибудь стать родителями.
Поэтому я очень быстро отвечу на этот вопрос.
Да, аутичные люди могут стать родителями, в том числе зачать/родить ребёнка самостоятельно.
Аутизм никак не отражается на репродуктивной функции.
И, более того, очень часто у родителей-аутистов рождаются дети-аутисты. Поэтому много аутичные женщины узнают о своём диагнозе только после диагностики ребёнка. Продолжить чтение «Надоедливый вопрос»
Автор: Айман Экфорд
Очень сильно удивило отношение к аутичным людям в Англии. Особенно если сравнивать это отношение с отношением к аутистам в России и Украине.
Итак:
1) Как только мы прибыли в Лондонский аэропорт и показали бумаги, в которых упоминалось о нашей аутичности, нас сразу же провели по специальному коридору для инвалидов, не требуя при этом никаких справок, подтверждающих диагноз.
2) В первый же день в аэропорту, в первой газете, что попалась мне на глаза, я увидела непатологизирующую статью об особенностях проявления аутизма у большинства женщин.
3) Во время сенсорной перегрузки меня ни разу не называли наркоманкой и алкоголичкой; ни разу на меня не накричали в магазине или в публичном транспорте за то, что я «торможу». Никто в Англии никогда не делал мне никаких замечаний по поводу стимминга или ношения наушников. Продолжить чтение «Отношение к аутистам в Англии»
Автор: Ray Kirnitskkh
Представьте, что это текст о гее, о котором когда-то сняли фильм. Цель статьи — рассказать, как сложилась его судьба. Две страницы идёт описание жизни семьи и того, как им тяжело с ним жилось. Отец так говорит о сыне: «если я пива не попью — хотя бы две бутылочки — с таким сыном я дураком буду». До этого о самом герое было дай бог два предложения, причем информацию спрашивали ни у него, а у его семьи. У отца, который, не стесняясь, открыто посылает героя куда подальше. А в следующем абзаце идёт реклама фонда.
Интересно, какой заголовок выбрала бы для этой статьи нейросеть. Это статья о ком угодно, но не о главном герое. Это статья о том, как семье жаль иметь такого человека в семье, какое это горе, как стыдно, какая обуза. О том, что аутичным людям главное не общаться с другими аутичными людьми (а трансгендерным людям обязательно нужно общаться с цисгендерными, и на это должна быть направлена их «реабилитация», ага)! О том, какие нелепости говорят аутичные люди. Давайте будем использовать нелепые цитаты для репрезентации трансгендерных людей, людей с психическими расстройствами, людей с инвалидностью, и посмотрим, как будет их воспринимать общество. Заведём специальный чат для таких цитат, и будем продавать атрибутику с ними.
Ещё много что можно сказать об этой статье, о фильме «Антон тут рядом». Например, что у Антона, скорее всего, интеллектуальная инвалидность (что не «плохо», но стоит упоминания). Многое можно сказать о фонде «Выход». О том, почему НЕ СТОИТ поддерживать фонд «Выход». Лучше говорить об этом не мне, а самим аутичным людям. Я думаю, что в 2019 году пора бы уже узнать, что аутизм — не расстройство, хотя у аутичных людей могут быть другие, сопутствующие расстройства, как у любых других людей. Мозг аутичных людей устроен не так, как мозг «нейротипичных» и поэтому им просто нужно другое обучение. Быть левшой — не расстройство и не требует лечения. Обучение аутичных людей не должно называться терапией. Если вы не видите цвета, вас нужно учить с учётом этой особенности, и не нужно называть это лечением. Если вы не видите, есть шрифт брайля и специальные приложения, но глупо было бы назвать это «терапией». Да, есть люди, которым нужна постоянная помощь, как некоторым нужны очки или инвалидная коляска. Но это не означает, что весь дискурс о их самости нужно строить вокруг этого, а принимать решения могут кто угодно, но не другие аутичные люди.
Если вы раньше никогда не встречались с движением аутистов за свои права, почитайте статьи по ссылкам в комментариях к этому посту. И подпишитесь на Ayman Eckford, авторе материалов, которые я рекомендую.
Главный принцип правозащиты — ничего для нас без нас. Я уверен, что большинство окружающих меня людей не стали бы спонсировать фонды, ищущие лекарство от гомосексуальности и сочувствующие семьям, которые в открытую выражают ненависть к своим гомосексуальным и трансгендерным детям. Что вы СТАЛИ бы выступать ЗА изменение общества так, чтобы аутичные люди могли получить необходимую среду и возможности для своего развития, без принятия идеи о том, что они «дефектные», «вечные дети», «наивные», «нелепые». Создание общества, где со словом «аутист» не будут ассоциироваться в первую очередь — оскорбления, а во вторую — ребёнок. Где вы осознаете, что вас могут окружать аутичные люди, и вы даже можете этого не подозревать, точно так же, как вы можете не подозревать, что какой-то из ваших коллег — гей. Я верю, что всё, чего не хватает для этого будущего — это информация.
Автор: Айман Экфорд
Этот текст вызвал скандал между Медузой и Центром «Антон Тут Рядом», поэтому хочу высказать своё мнение.
По-моему, этот текст ужасен своим эйблизмом. Как и центр Антон Тут Рядом.
1. В тексте история Антона рассказана не как история отдельного аутичного ребёнка-Маугли, а как пример того, как живут аутисты в России.
Простите, нет. Многие аутичные люди, включая меня, не похожи на Антона. И, более того, проблемы Антона как раз в недостатке обучения и в опыте жизни в «психушках», а не в аутизме. С бытовыми навыками у него иногда было лучше чем у меня. И не аутизм виноват в том, что их не развивали, и что он может попасть в ПНИ.
2. Этот текст не про Антона, а про «нормальных людей» которые окружают Антона.
Желания Антона второстепенны. Человеку в качестве награды дают чай, и это считается нормальным.
Человека ограничивают, не давая говорить безобидные фразы, которые вероятно его успокаивают, и это считается нормальным.
Автор рассказывает интимные подробности жизни Антона — например, как он не надел штаны, и это считается нормальным!
Черт, представьте если бы это был текст не об аутизме, а о правах женщин, но при этом все главные цитируемые лица были бы мужчинами, и в тексте были бы такие же «описания жизни» женщин. Например, как женщины надевают прокладки.
Или как мужья ограничивают их в чае.
3. В тексте полно вредных идей, например что «аутичным людям лучше всего общаться с неаутистами». Почему? Аутичные люди что, хуже, неполноценнее, менее достойны?
Простите, но высказывание «женщинам главное общаться с мужчинами» — это сексизм.
«Евреям главное общаться с гоями»- это антисемитизм.
«Аутистам главное общаться с неаутистами»- это эйблизм. Прямой и неприкрытый.
Как аутичный человек скажу, что неаутичные люди довольно странные, постоянное общение с ними выматывает и забирает силы, необходимые для «важного» общения (например в больнице, в магазине, на работе или на интересных мероприятиях). Кроме того, аутичным людям обычно интереснее и проще общаться с теми, кто мыслит как они — с другими аутистами. Моя жена — аутистка. Мои лучшие друзья — аутисты. И я этого не стыжусь.
Список проблемности текста можно пополнить, но у меня нет на это сил.
Переводчик: Людмила Ермолаева
Источник: We are like your child
[Примечание: Этот текст злее и яростнее тех, что обычно здесь публикуются. И здесь будет ругань. Нецензурщина. Сквернословие]
Не об [БАХ!] этом мне хотелось сегодня написать.
Пока еще даже [БАХ!] не прошла половина дня, но я уже абсолютно, сука, по горло сыта полнейшей [БАХ!] небрежностью, с которой нейротипичные люди относятся к окружающему миру.
Я [БАХ!] сижу в кофейне, которую, вообще-то, обычно очень люблю. [БАХ!]
Почти всегда мне приходится уходить из квартиры и идти в кафе, чтобы всё же что-то сделать — в квартире слишком [БАХ!] много доступных [БАХ!] способов отвлечься: от интернета, всех моих книг и принадлежностей для рисования, до сотни дел, которые следует делать по дому, когда ты в нём живёшь.
Поэтому я ухожу.
Сегодня [БАХ!] воскресенье, что усложняет задачу. В заведениях будут толпы народа. В некоторых заведениях в выходные нельзя сидеть с компьютером. В моих любимых кафе не будет [БАХ!] мест вовсе, и люди в выходные (причем это будут семьи и маленькие дети) ведут себя [БАХ!] громче и [БАХ!] шумнее, чем те, кто посещает кафе в будни (в основном студенты и фрилансеры). А ещё на улице промозглый ледяной дождь, поэтому у меня нет [БАХ!] желания идти далеко, и мне нужно поесть перед работой, поэтому, чтобы это сделать, мне нужно успеть вернуться вовремя.
А вот и кафе, что рядом с метро, и в котором почти всегда есть свободные места даже по выходным, хоть оно и крохотное.
[БАХ!]
Что-то не так с той пневмоштуковиной, что помогает входной двери открываться и закрываться, хотя и если кто-то открывает её снаружи и после просто отпускает её, а не медленно закрывает, она гремит и издаёт ужасный металлический звук. [БАХ!]
На обеих [БАХ!] сторонах двери есть табличка с просьбой к посетителям быть аккуратнее с дверью, но 75% входящих [БАХ!] людей её не читают. Или же они всё-таки читают её, но им не кажется [БАХ!], что текст адресован именно им. Или они [БАХ!] не дают себе труда на минутку задуматься, на ту минутку, что потребовалась бы, чтобы совместить [БАХ!] вербальную информацию из таблички с информацией из физического [БАХ!] мира о том, что [БАХ!] что-то идёт не так, если вы чувствуете сопротивление, когда тянете [БАХ!] дверь к себе, чтобы её открыть.
Соответственно, они не делают вывод, что нужно внимательно следить за тем, как [БАХ!] они закрывают дверь… Не обращают внимание на поступающие физические сигналы из окружающей среды, хотя я должна это делать постоянно. [БАХ!]
Не знаю.
[БАХ!]
Я начинаю [БАХ!] пытаться предупреждать людей, которых вижу, чтобы они входили и отпускали дверь, но многие из них всё еще ничего не понимают, пока не становится слишком поздно. Если они вообще слышат и понимают меня.
Бариста тоже начинает предупреждать людей, но [БАХ!] успехи невелики.
Наконец он отправляет другого работника попытаться как-то временно починить дверь.
[БАХ!]
Не [БАХ!] сработало.
[БАХ!]
Через 15 минут они пытаются снова.
[БАХ!]
Безуспешно.
Каждый [БАХ!] раз кажется, что люди начинают понимать, и я начинаю расслабляться [БАХ!].
Через несколько [БАХ!] минут у меня уже болит голова, уши, кажется, что мой мозг кровоточит, боль охватывает глаза, руки и каждый нерв в моем теле дёргается каждый [БАХ!] раз, как кто-то тянется к ручке двери.
Я читаю, во всяком случае, пытаюсь читать книгу, которая мне действительно нравится, написанную моим любимым автором, и при этом безгранично [БАХ!] ненавижу, что мое проживание этой книги, моя способность погрузить [БАХ!] себя в [БАХ!] ритм текста ломается таким образом. [БАХ!]
Иронично, что это книга [БАХ!]
об инвалидности и культуре «исцеления».
Женщина, [БАХ!] которая ждёт свой напиток, стучит керамической кружкой по стойке и кружка падает на плитку на полу, и {ДЗЫНЬ!} разбивается.
Да, я могла бы «просто пойти куда-нибудь [БАХ!] ещё», хоть для этого и потребовалось бы совершить долгую прогулку под ледяным дождём без всяких гарантий, что в любом другом кафе, в которое я могу «эвакуироваться» на всём верхнем Манхэттене вообще найдётся свободное [БАХ!] место или что там не [БАХ!] будет чего-то такого же раздражающего, или чего похуже, или что дело не закончится тем, что я просто пойду [БАХ!] домой, и получится, что я потратила всё [БАХ!] чёртово дневное время на эти перемещения.
-Переобуться, надеть шарф, перчатки, пальто, шапку, взять рюкзак и наушники.
-Убедиться, что взяла с собой ключи, проездной для метро и помаду.
- Уйти, прийти на станцию, сесть на поезд, сойти с поезда, войти в кафе, проследить, чтобы было достаточно места чтобы сесть, сесть, устроиться, выложить все нужные вещи, собрать их обратно, чтобы уйти.
От одной напасти к другой, от одной тяжелой задачи к другой, для того, чтобы мне мешали сосредоточиться снова, снова и снова. Хоть у меня и было целых семь часов между сегодняшним пробуждением и временем, когда я должна буду быть на работе, я не сделала ничего, и у меня нет результата, который я бы могла представить на работе кроме головной боли, которую не снимет ни Адвил, ни алкоголь, а еще я могу показать мокрые джинсы, замерзшие ноги, я чувствую раздражительность и опустошённость, и не смогу контролировать тон своего голоса, что в свою очередь будет использовано против меня, потому что я все ещё должна идти на работу после всего случившегося.
[БАХ!]
Да, у меня есть на[БАХ!]ушники . Весьма эффективные, между прочим. Они в некоторой мере глушат звук [БАХ!] постоянного грохота двери, но не могут заглушить физическое ощущение [БАХ!] от этого грохота. И не могут повлиять на хаотичность появления этих стуков, что в равной мере меня истощает.
Мой день будет [БАХ!] испорчен, хотя я не сделала ничего плохого и не допустила никаких ошибок.
[БАХ!]
Мы используем этот блог, чтобы говорить о том, как мы справляемся с проблемами, о гибкости и креативности, о нашей способности приспосабливаться и о том, как все эти вещи делают нас успешными по нашим же стандартам, но иногда здесь нет никакого выхода:
Мне нужно, чтобы вы были более внимательны.
Мне нужно, чтобы вы уделяли больше внимания окружающему вас миру и тому, как в нём всё устроено.
Мне нужно, чтобы вы следили за тем, насколько вы громкие и где вы находитесь.
Мне нужно, чтобы вы прекратили, блядь, уже трогать ручки/регуляторы аудиосистем, о которых вы нихрена не знаете.
Мне нужно, чтобы вы перестали, сука, греметь, и стучать, и ронять свои чёртовы вещи, и двигать мебель, и не смотреть, куда идёте.
Я не могу, не могу всегда за это отвечать в одиночку. Нестерпимо то, что я могу всё делать правильно, предпринять все меры предосторожности, чтобы себя защитить, кроме той, чтобы никогда не покидать свою комнату (и тогда мне бы, несомненно, сказали, что я “позволила своему диагнозу себя ограничить” или “использую его как оправдание”), и всё равно меня будут ранить, я буду чувствовать себя больной и расплавившейся, от моей способности функционировать не останется ничего до конца дня или недели, не потому что у меня [БАХ!] аутизм, а потому что вы совершенно [БАХ!] не заинтересованы в том, чтобы быть немного более внимательными к тому, как громко вы везде топаете. Не может быть, чтобы это была лишь моя вина, вина за само моё существование, и дико даже подумать, что я могу сделать что-то безумное, например, выйти за кофе перед работой, не разрушив себя.
Я говорю такие вещи как «конечно, мы хотим лучшего отношения к повышенной тревожности и подобным проблемам», но моя тревожность или неспособность быть гибкой в данной случае не являются проблемами, они появились во мне и стали необходимыми из-за моей потребности защищаться от вашего хаоса, и шума, и безответственности.
Дело не только в моей неспособности жить [БАХ!] в мире и взаимодействовать с другими людьми, и не только в том, что жить в городе тяжело (хотя это так). Дело в том, как вы относитесь к миру вокруг [БАХ!] вас. [БАХ!]
И когда я вздрагиваю или взвизгиваю от боли, другие люди смотрят на меня как будто я странная или как будто это я им мешаю, а то и вовсе смеются надо мной.
Почему-то, когда ваша небрежность причиняет мне боль, неполноценной считают меня.
Мне приходится проводить большинство своих дней, выполняя сложные многовариативные вычисления как о том, как пережить день; это отнимает ужасное количество ментального ресурса, который я трачу на планирование своей жизни, и его никогда, никогда не бывает достаточно, и, знаете что?
В некотором [БАХ!] смысле, проблема не во мне. Проблема в вас.
____
На русский язык переведено специально для проекта Нейроразнообразие в России.
Нейроразнообразие 